«Она ухоженная, весёлая и не пилит мозг!» – говорит муж про подругу своего друга
— Ксюш, да я ненадолго, может, на пару часиков, к Димке. Он попросил заехать, помочь, – муж уже в прихожей надевал кроссовки.
— И там, конечно, будет Лера? – осведомилась Ксения. Она стояла в дверях комнаты с восьмимесячным сыном на руках. Ребенок крутился, хныкал, тянул Ксению за волосы.
— Ксюш, ну что ты начинаешь с утра… Да, Лера там будет, ну и что?
«Ну и что». Вот это «ну и что» у него теперь на всё. Он не видит, не слышит, не понимает. Или делает вид.
Ксения закрыла за ним дверь чуть сильнее, чем надо, и сын тут же заплакал в голос. Ксения понесла его на кухню, посадила в стульчик для кормления, дала питье в кружке-непроливайке. Сын вроде успокоился. Ксения присела за стол. Перед ней стояла чашка с остывшим чаем — она налила его уже час назад, а выпить так и не успела. Ей стало так обидно и жалко себя, что захотелось самой заплакать.
Ксении тридцать пять. Мужу — двадцать семь. Да, вот такая разница в возрасте. Когда они только начинали встречаться, Ксению это немного настораживало. Она долго не воспринимала Глеба серьезно. Но он ухаживал настойчиво, и отношения закрутились. Надо сказать, что тогда Ксения выглядела отменно, и ее возраста ей никто не давал. Стройная, ухоженная, с длинными волосами, вечно на каблуках. Вместе с высоким, широкоплечим Глебом они выглядели очень гармонично.
Три года назад они поженились, родился сын. Беременность далась тяжело: лишние пятнадцать килограммов, отёки, бессонница, не очень хорошие анализы, высокое давление. После родов легче не стало — ребёнок беспокойный, ночью спит урывками, днём в постоянном движении. Ксения не высыпается, а днем только и успевает поворачиваться. Надо и за ребенком присмотреть, и убрать, и приготовить, и постирать.
Собой заниматься ей решительно некогда. На наряды и укладки она давно забила. Вечные трикотажные футболки, хвост на макушке, тени под глазами. В зеркало смотреться неприятно. Иногда кажется, что она за этот год постарела лет на десять.
У мужа лучший друг — Дима, ещё со школы. Они как братья, всегда общались очень плотно. И полгода назад у Димы появилась девушка. Лера. Двадцать два года. Высокая, идеальная кожа, длинные волосы, тонкая талия. Всегда при макияже, в светлых джинсах, как с картинки.
Познакомились семьями с мыслью «дружить». Не вышло.
Лера долго не могла скрыть своего удивления от того, что у ровесника Димы, Глеба, такая возрастная жена. С самого начала она смотрела на Ксению с каким-то вежливым удивлением.
— Ксения, вы будете чай? — с улыбкой спрашивала она.
— Лера, а давай на «ты», а? – просила Ксения.
— Нет, ну как же… У меня язык не поворачивается, вы намного старше, Ксения. Меня родители так воспитали: старших только на «вы» и по имени-отчеству, — отвечала она и продолжала своё.
С этой улыбкой. С этим взглядом.
Ксения сначала пыталась себя одёргивать. «Мне кажется. Я придумываю. Девочка просто воспитанная». Но потом она стала замечать: муж после встреч с ними возвращается другим.
Тихим. Холодным. Отстранённым.
Раньше он приходил — сразу к сыну, к ней, рассказывал, что делали, обсуждали. Теперь — «нормально посидели», «да так, ни о чём».
Глеб стал чаще смотреть в зеркало.
Как-то вечером, уже лежа в кровати, он вдруг сказал:
— Тебе бы, Ксюш, собой заняться. Для себя. Ты как будто совсем забросила… Выброси ты все эти майки свои, штаны растянутые, купи нормальную одежду. Стрижку сделай, фигуру в порядок приведи. Мне уже люди говорят, что мы с тобой смотримся, как мама с сыном…
— Какие люди? – усмехнулась Ксения. – Уж не Лера ли?
Он тогда не ответил. Просто отвернулся к стене.
В прошлую субботу они вместе поехали к Диме. Лера накрывала на стол. Лёгкая, быстрая, в коротком домашнем платье. Волосы распущены, пахнет духами. Ксения сидела с сыном на руках, который опять капризничал – видимо, зубы.
— Вам, наверное, тяжело… в таком возрасте с маленьким ребёнком, — вдруг сказала Лера с сочувствующей улыбкой.
Ксения даже не сразу поняла смысл.
— В каком возрасте?
— Ну… после тридцати всё-таки уже не так просто. Я читала. И родители мне все уши прожужжали, что рожать надо до тридцати. В молодости все легче дается.
Дима хмыкнул. Муж сделал вид, что не услышал. И в этот момент Ксения поймала его взгляд. Не на неё. На Леру. Не похотливый. Не влюблённый. Сравнивающий.
Домой они ехали молча. Сын наконец-то уснул в автокресле.
— Тебе она нравится? — прервала молчание Ксения.
— Кто? – машинально переспросил муж
— Кто-кто. Лера.
Он усмехнулся.
— Ты уже с ума сходишь.
После этого Ксению как прорвало.
Она стала замечать каждую мелочь. Как он оживляется, когда Дима звонит. Как быстро собирается. Как возвращается чужим. Как всё чаще говорит фразы, которые будто не его.
— Ты раньше за собой следила…
— Ты стала какая-то нервная…
— Надо проще относиться…
Ей казалось, что Лера незримо присутствует у них дома. Между ними. В его голове. Хотя та ничего прямого не делает. Только улыбается. Только «на вы». Очень вежливая и спокойная всегда. И от этого ещё хуже.
На днях они опять поссорились.
— Мне неприятно, что ты постоянно с ними, — сказала Ксения.
— Я что, должен с другом детства перестать общаться?
— Но ты меня после них будто презираешь!
— Да никто тебя не презирает! Ты просто сама себя накрутила!
— Потому что я вижу, как ты на неё смотришь!
Он резко встал из-за стола.
— Потому что она ухоженная, весёлая и не пилит мозг!
Сказал — и замолчал. Они оба поняли, что он только что сказал. Ксения стояла, держась за спинку стула. В ушах звенело. Вот оно. Не «тебе кажется» и не «ты придумываешь». Он признал, что Лера ему нравится больше жены.
Вот она, правда.
Сегодня он уехал к ним снова. А Ксения сидит на кухне, и ей впервые по-настоящему страшно. Не из-за Леры. А из-за того, что её мужу стало легче и интереснее там, где её нет.
Как считаете, эта Лера виновата, что походя разбивает чужой брак? Или это Глеб неправ? А может быть, дело в Ксении?
Что скажете?
Какая мизогиничная жесть. Описание того, что Ксения старше, звучит так как будто Ксения больная или сидела в тюрьме. Столько есть пар, где мужчина старше на те же 7 лет, но про такие пары не скажут, что дед еще ничего, держится, но пусть старается лучше, чтобы девушка не ушла к молодому. Хотя это у мужчин, а не у женщин после 35 бывает облысение и проблемы с эрекцией.
Надо сказать, что тогда Ксения выглядела отменно, и ее возраста ей никто не давал.
Какого возраста? Тридцать два года? А как должна выглядеть женщина в тридцать два года, чтобы "дать ей ее возраст"? В тридцать два еще и возрастных изменений особо нет.
Беременность далась тяжело: лишние пятнадцать килограммов
Это ж в рамках нормы, не? Килограммов десять оставит в роддоме, еще пять - ну такое, не особо критично, такое можно и просто за зиму или за отпуск набрать и потом сбросить. Это всё тот же размер одежды.
— Тебе бы, Ксюш, собой заняться. Для себя. Ты как будто совсем забросила… Выброси ты все эти майки свои, штаны растянутые, купи нормальную одежду. Стрижку сделай, фигуру в порядок приведи.
Ну так дай ей денег - она и купит. И с сыном иногда посиди сам, или вон, к Диме его с собой возьми, а жена пусть ванну примет и поспит лишние пару часов. А то грамотный какой, ты посмотри, стилист мамкин.
Лера эта еще странная, со своим "на вы". Она впервые видит человека старше на 12 лет? У нее нет на работе коллег постарше, нет знакомых такого возраста?
И снова Гражданочка противозачаточная и противобрачная. Снова у нее красивая женщина после родов превращается в чупакабру и не видит белого света, а муж порхает в облаках и ожидает от матери восьмимесячного ребенка каблуки и макияж.
