grazdano4ka.ru - Ты нашла большие деньги, и просто их отдала?

[Fortessa]

«Мам, ты серьезно? Ты нашла большие деньги, и просто их отдала?» – недоумевает Вика

— Мам, ты сейчас правду говоришь? Ты правда взяла и отдала эти деньги? Все до последнего доллара?

Виктория даже забыла про свое любимое пирожное. Они с мамой сидели на кухне, пили чай. Разговор начался совершенно случайно. Вика со своим молодым человеком искали новую квартиру в аренду, потому что за старую хозяева подняли плату, и стала рассказывать матери про последние варианты, которые они смотрели.

— Вот сегодня вечером едем смотреть квартиру в Ховрино, – поделилась Вика.

— В Ховрино? А где там? Мы жили там с тобой, ты маленькая была, конечно, не помнишь. Сразу после развода с папой, тебе четыре года было… Там еще такая интересная история со мной приключилась, прямо как в кино…

— А что за история, мам?

Мама улыбнулась.

— Ушла я тогда буквально в один день. Собрала чемодан, взяла тебя за руку и ушла. На пару дней приютила нас подруга моя, тетя Наташа. Денег почти не было. Искала хоть какое-то жилье, которое смогла бы потянуть.

…Квартиру мама нашла как раз в этом Ховрино. Дешевле вариантов почти не существовало. Правда, и выглядела однушка ужасно. Старые пожелтевшие обои местами отходили от стен. Паркет рассохся и скрипел при каждом шаге. Окна были деревянные, кое-где стекла пошли трещинами, и их заклеили полосками скотча прямо изнутри. На кухне стояла древняя газовая плита, а в ванной из ржавого крана вода сначала текла коричневая.

— Я тогда подумала: ничего, переживем. Главное — крыша над головой, и стоит копейки.

Квартира раньше принадлежала пожилой женщине, которая незадолго до этого умерла. Наследники, трое взрослых детей, решили жилье сдавать. Ремонтом заниматься не стали — смысла не видели, собирались вскоре квартиру продавать.

— А меня цена устраивала. На лучшее денег просто не было, – пояснила мама.

В первый вечер мама только разобрала самое необходимое. Они с маленькой Викой поужинали купленными по дороге сосисками в тесте, уложили на диван старое одеяло и легли спать.

— А утром я отвела тебя в садик и решила сделать генеральную уборку. Иначе жить там было невозможно.

Она двигала мебель, мыла окна, оттирала плиту, выбрасывала старый мусор. Добралась до тяжелого дивана в комнате и с трудом оттащила его от стены, чтобы вымыть пол под ним.

И вдруг вместе с диваном сдвинулись несколько паркетин. Под ними была небольшая ниша. Мама заглянула туда и увидела аккуратные рулончики долларов, перевязанные веревочками.

— Я даже трогать ничего не стала. Было видно, что сумма огромная. Я думаю, по тем ценам на квартиру точно хватило бы. И не на самую маленькую.

Вика так и застыла.

— Мам...

— Что?

— И что дальше?

— Ну что, я позвонила хозяевам.

— Сразу?

— Конечно.

Вика недоверчиво покачала головой.

— И ты… Ты даже не подумала оставить себе? Мам! Про эти деньги никто ведь не знал, получается?

— Нет. Никто не знал, конечно же. Но это чужие деньги, Вика…

…Через полчаса все трое наследников уже стояли в квартире. Они пересчитали деньги прямо на кухонном столе. Потом долго переглядывались. Наконец старший брат сказал:

— Господи... Так вот где они были.

Оказалось, их мать всю жизнь жила очень странно.

Пенсию получала хорошую. Дети постоянно привозили продукты, помогали деньгами. Но сама почти ничего не тратила. Ходила в старой одежде, экономила буквально на всем. Соседи потом рассказывали, что она иногда даже возле магазина просила у людей продукты. И ей охотно подавали, маленькой благообразной старушке в белом платочке.

После смерти дети долго искали накопления. Перевернули квартиру вверх дном. Заглядывали в шкафы, банки с крупой, старые кастрюли, матрас, антресоли. И диван этот двигали не раз, искали внутри. Ничего не нашли. Грешным делом стали подозревать друг друга.

А оказалось — деньги спокойно себе лежали под паркетом.

— Они хоть отблагодарили тебя? — спросила Вика.

Мама улыбнулась.

— Ну как… Спасибо сказали.

— И все?

— И все.

— Даже часть денег не предложили?

— Нет. И даже арендную плату потом брали исправно

Вика тяжело выдохнула.

— Мам... Ну как же так...

После этого мать с Викой прожили там еще несколько месяцев. Потом хозяева решили квартиру продавать. К тому времени мама уже нашла работу получше, стала больше зарабатывать и сняла жилье поновее.

Потом были годы бесконечной работы. Она брала дополнительные смены, подработки, почти не отдыхала, больничные, и те не брала, все переносила на ногах. Постепенно накопила на первый взнос. Потом купила собственную квартиру.

Все это Вика прекрасно помнила.

Помнила, как мама приходила домой поздно вечером уставшая. Как иногда засыпала прямо в кресле. Как отказывала себе буквально во всем. Как Вика до последнего часа сидела сначала в детском саду, потом на продленке…

Сейчас здоровье у матери уже заметно испорчено. Болела спина, мучило давление. Тем не менее работать все равно приходилось, хотя уже без подработок: Вика, к счастью, выросла, а одной-то много ли надо…

— Мам... Представляешь, какой была бы наша жизнь, если бы ты тогда оставила эти деньги? – помолчав, спросила Вика.

Мать спокойно посмотрела на дочь.

— Представляю. Я тоже время от времени об этом думаю.

— Мы бы сразу купили квартиру.

— Наверное.

— Ты бы не работала без выходных. Мы бы жили совсем по-другому.

Мама покачала головой.

— Может быть.

— Тогда зачем ты позвонила хозяевам?

Она ответила сразу.

— Потому что деньги были не мои.

— Но ведь никто бы не узнал.

— Я бы знала. Это разве мало? Я бы просто перестала себя уважать. Ведь это было бы обычное воровство, дочка…

— Эти люди даже не подумали тебя отблагодарить.

— Ну, они сами явно в шоке были, это раз. А во-вторых, они как бы и не обязаны были мне ничем. Сдали свою квартиру прилично ниже рыночной цены, и на этом спасибо.

— А ты столько лет потом надрывалась...

Мама улыбнулась устало.

— Зато никогда не думала, что взяла чужое.

Вика смотрела на нее и никак не могла решить, что чувствует. С одной стороны, она испытывала огромное уважение. Не каждый человек смог бы отказаться от денег, которые могли полностью изменить его жизнь.

Но с другой...

Она невольно представляла совсем другую судьбу. Без съемных квартир, бесконечной экономии, маминой работы на износ, ее болезней, которые, возможно, появились именно из-за этих тяжелых лет.

Теперь Вика уже несколько дней возвращается мыслями к этому разговору.

Она понимает, что мать поступила честно. Но иногда ей казалось, что судьба тогда дала маме единственный шанс резко изменить их жизнь. И мама сама от него отказалась.

И до сих пор не знает, смогла бы сама поступить так же.

А вы бы как поступили, окажись на месте Викиной мамы: с маленьким ребенком, без жилья и почти без денег – нашли бы вы в себе силы вернуть чужое? А может, мать сглупила, в такой ситуации вполне простительно было бы поступить иначе?

Ну отдала и отдала, столько лет прошло, какая уже разница.
Я хз как бы я поступила. С одной стороны - да, чужие деньги и воровство. С другой стороны - деньги, о которых очевидно что никто не знает, а тут нужно ребенка поднимать как-то.
Вообще очень странно, что ни сама покойница не позаботилась о том, чтобы деньги достались детям, ни дети, пока мать была жива, не подняли с ней этот вопрос, они же знали что у нее есть сбережения. Непонятно, какие там были отношения в семье, но всё равно ситуация странная.

[Босячка]

Если бы да кабы, не росли б во рту грибы. Отдала и отдала деньги, это было решение матери и она его последствия сама разгребала. С таким же успехом можно было мечтать, что её папа индийский миллионер, приедет и подарит дочери дворец.

[Мелиф]

А что было бы, если б мои родители тогда не в пирамиду деньги вложили, а однушку под сдачу купили? А что было бы, если б они в 90ом году в науку ушли? А что было, если б нас в семье не двое детей было, а трое-четверо или, наоборот, только я? Примерно такой же полезности рассуждения

[Лейтенант_Свобода]

А себе бы забрала, наследники докопались бы до истины, нашли тайник в квартире, отследили что мать Валентины внезапно купила квартиру, и убили бы ее. Мечтать так мечтать

[Вера_в_чудо]

С одной стороны - если не знаешь, как поступить, поступи по закону. Всё-таки это деньги наследников, это реально чужое, как ни крути.

С другой - ребенка надо поднимать.

Честно говоря, не знаю, как поступила бы. Скорее всего, если бы у меня был ребенок, я бы оставила деньги себе, несмотря на то, что это плохой поступок и нечестно.

Но дочке я точно не стала бы рассказывать, что когда-то отдала огромную сумму, которая могла бы решить все мои и все ее проблемы.

[Elf78]

Если там реально огромные деньги, я, б не стал брать - может, это воровской общак какой или еще типа того. Но и сообщать бы сразу не стал. Хз.

[Из мышеловки]

Тест на возраст, а не история. Я помню девяностые и сразу подумала, что выбивать приедут.

[Снусмумрик]

Я тоже хз, как бы поступила. Но по мне оба варианта стремные. Мама просто позвонила наследникам, а она не подумала, что те могут оказаться не очень добропорядочными? И сказали бы, что денег что-то маловато, явно ты себе часть присвоила, ну-ка отдавай. И что одинокая женщина с ребенком делала бы?
Оставить все деньги себе тоже рискованно, даже если забить на все "по совести", "деньги чужие" и т.д., потому что однажды наследники могли каким-то образом узнать про тайник, а там несложно было бы догадаться, кто деньги стащил. Откуда, опять же, у мамаши уверенность, что наследники никак не узнали бы точной суммы бабкиных накоплений?
Не знаю даже, какой тут вариант лучше и безопаснее. Возможно я бы взяла часть денег, а остальное оставила бы в тайнике и диван на прежнее место поставила. Хз, при наличии ребенка, которого надо растить, как бы я поступила.

[Вера_в_чудо]

а там несложно было бы догадаться, кто деньги стащил

Ну на самом деле сложновато. Так как вряд ли там был какой-то договор аренды + мать могла переехать вообще в другой город + про деньги могли бы узнать, когда у квартиры уже штук 5 арендаторов сменилось бы.

[Босячка]

Сняла квартиру и через месяц свалила, не надо быть большого ума, чтобы сложить два и два.

[Gad.fly]

Я бы побоялся брать чужие деньги. Есть вероятность, что все выяснится. Писали выше об этом. В общем я как тревожный человек считал бы, что тут подвох какой -то. Да и при больших покупках можно налоговой внимание привлечь, если я правильно понимаю.

В плане этики хз. Непонятно какая там ситуация у наследников. Не богатеи возможно и как-то не хотелось бы, чтобы у тебя так вот тихо забрали деньги. Соблазнительно, но всё-таки воровство. С другой стороны у матери есть ответственность перед ребенком и желание хорошего для ребенка тоже важно.

[Снусмумрик]

Сняла квартиру и через месяц свалила, не надо быть большого ума, чтобы сложить два и два.

Ну да, если бы мамаша присвоила деньги, неважно все или часть, ей бы пришлось, чтобы не вызывать подозрений, какое-то время жить в этой квартире, желательно пока она не нашла бы работу с зарплатой повыше или пока наследники не решили бы продавать хату. Тогда, при обнаружении тайника, можно было бы делать круглые глаза "ничего не видела, съехала, потому что новая работа, денег больше, смогла снять квартиру получше/потому что вы сами мне сказали съезжать". Но тоже не факт, что прокатило бы.

[Fortessa]

И еще одна история на ту же тему, не вижу смысла создавать отдельную ветку

«Я решил: отдам все деньги сестре!» – заявил муж Антонины

— Тоня, иди скорей сюда, смотри, что я нашел! — голос мужа прозвучал как-то странно. Не радостно, не испуганно. Скорее ошарашенно.

Антонина крикнула из другой комнаты, где разбирала книги.

— Что там еще?

— Говорю тебе, иди сюда! Смотри сама.

Тоня заглянула в спальню. Муж Максим сидел на полу возле старой материной сумки — облезлой, с потрескавшимися ручками. Такие раньше на рынок брали. По всей видимости, он только что вытряхнул из нее какой-то хлам: пакеты, пожелтевшие газеты, старый шерстяной платок. А сверху на эту кучу из сумки вывалились пять пухлых пачек пятитысячных купюр. Каждая была аккуратно перетянута аптечной резинкой.

— Господи... – произнесла Антонина.

Она машинально присела рядом, взяла одну из пачек, покрутила в руках.

— Сколько здесь?

— Ну, если не ошибаюсь, то в каждой пачке по миллиону. А всего, стало быть, пять… миллионов рублей. Каково?

Они с мужем переглянулись. Антонина даже не знала, что сказать. Во дворе старого дома шла своя жизнь – мальчишки с громкими криками играли в футбол, громко проехал мотоцикл. А в квартире повисла тишина.

— Откуда это? — наконец, смогла выдавить Антонина.

Муж только плечами пожал. Глупый вопрос. Видимо, накопила свекровь, еще при жизни. Откуда же еще-то?

…Антонина была замужем за Максимом двадцать два года. Его мать недавно умерла. Последние четыре года свекровь жила у старшей дочери Люды. Вернее, сначала еще жила сама в своем небольшом городке Тверской области, в той самой квартире, где сейчас и разбирали вещи Антонина с мужем. Но болезнь быстро прогрессировала. Деменция.

Сначала мать забывала выключить газ, сожгла дотла несколько кастрюль, соседи вызывали пожарных. Потом стала теряться, перестала узнавать старых знакомых, сочиняла какие-то истории про то, что за ней следят и прослушивают.

Видимо, тогда же и деньги свои она спрятала в груду старого хлама, туда, где никому и в голову не пришло искать.

В какой-то момент дочь Люда забрала мать к себе. Договоренность между братом и сестрой возникла сразу и без скандалов. Люда ухаживает за матерью, а после ее смерти получает квартиру и все остальное материно имущество. Максим ни на что не претендует.

Мать прожила у Людмилы почти четыре года, последние 10 месяцев она уже не вставала. Впрочем, по словам сестры, это оказалось даже проще, чем бегать за бабулей без тормозов в голове. Максим с Антониной помогали постольку поскольку. Несколько раз оставались с матерью на выходные, чтобы Люда могла съездить по делам или просто выдохнуть.

Пару раз переводили деньги на какие-то дорогостоящие покупки для матери: противопролежневый матрас, лекарства, какие-то медицинские приспособления.

Но, конечно же, основная тяжесть ухода легла на Люду. Мать и в своем-то уме была не подарок: властная, взбалмошная, самолюбивая, обидчивая. А в болезни стала еще хуже. Убегала, кричала по ночам, жаловалась на дочь, что та ее бьет и не кормит, хотя, конечно же, все это было неправдой. Последнее время и вовсе перестала кого-либо узнавать.

Людмила похудела, посерела, из пухленькой веселой оптимистки превратилась в какую-то тень. Тогда Антонина еще подумала: не дай бог кому-нибудь такую жизнь, как сейчас у золовки. В какой-то момент Максим предложил нанять сиделку. И они даже сделали это. Правда, все три с трудом найденные женщины не продержались у них и нескольких дней.

Заговорили про пансионат, но тут Людмила замахала руками – мол, мать она в богадельню не сдаст.

И вот полгода назад мать умерла. Люда вступила в наследство, квартиру матери в провинции она решила продавать. Уже и риэлтора нашла, передала ключи. А в выходные позвонила брату:

— Съезди, посмотри. Может, тебе что-нибудь нужно на память. Забери фотографии, книги, свои вещи.

Вот они и приехали. И совершенно случайно нашли клад. Максим сидел на старом табурете и смотрел на деньги так, будто они могли исчезнуть.

— Видимо, мама всю жизнь откладывала, — наконец сказал он.

Это было вполне похоже на правду. Свекровь жила очень скромно. На пенсию не уходила до последнего, работала, пока могла. Никогда не покупала дорогих вещей. Банкам она не доверяла, постоянно говорила, что все может рухнуть в один день. Вот, видимо, и складывала наличные, на черный день.

Только воспользоваться ими она уже не сумела.

Обратная дорога прошла почти молча. Лишь дома Антонина первой заговорила на тему денег:

— Слушай, а Люда про деньги знает?

— Нет.

— Точно?

— Конечно. Она с этой квартирой уже попрощалась, выставила на продажу. Ей и в голову не приходило, что там деньги. Хотя, я помню, у нас был разговор, она удивлялась, куда мать деньги всю жизнь девала. Ведь и нового ничего нет, и денег не видно…

— И никто больше не знает?

Муж посмотрел на нее внимательно. Слишком внимательно. Будто понял, куда она клонит. Антонина отвернулась.

Сначала, там, в квартире, она вообще думала, что деньги нужно отдать Люде. Даже сомнений не было. Но чем дольше она смотрела на эти пачки, тем чаще вспоминала ипотеку, старую машину и разговоры о том, что сыну скоро поступать. Остаток по ипотеке у них был чуть больше четырех миллионов.

Еще недавно они обсуждали, что выплачивать придется еще долго. Жили скромно, постоянно экономили, в отпуска ездили на дачу к свекрови, так и не сделали в квартире нормальный ремонт.

И вдруг судьба буквально положила на стол пять миллионов рублей. Разве такое вообще бывает?

Вечером за ужином Максим вдруг сказал:

— Я отдам Люде деньги.

Антонина даже не сразу поверила.

— Все?

— Конечно.

— Почему это вдруг «конечно»?

— Потому что это мамины деньги. А мы так договорились: Люда ухаживает, за это я не претендую на наследство.

— Ну ты и не претендуешь. Квартиру она забрала себе.

— Тонь, ну ты же взрослый человек, и прекрасно понимаешь: наследство – это не только квартира. В данном случае тут еще и деньгами примерно такая же сумма выходит.

— Но деньги нашел ты.

— Какая разница?

Антонина почувствовала раздражение.

— Разница огромная. Люда про них не знает. Она рассчитывает только на квартиру.

— Но знаю я.

— И что? Ты тоже сын своей матери. Не посторонний же человек.

— Тоня...

— Нет, подожди. Мы двадцать лет пашем без остановки. Нам хоть что-нибудь когда-нибудь просто доставалось?

Максим молчал.

— Мы за квартиру выплачиваем уже который год. На море были когда? Пять лет назад? У сына обучение впереди. Еще неизвестно, поступит ли на бюджет, скорее всего, и нет. Платить придется. Почему мы должны отказаться от всего?

— Потому что это нечестно.

— Максим… Эти деньги могли вообще никому не достаться, если бы ты их не нашел. Или достались бы бомжам с помойки. Это чудо, что они у нас. Нам они просто свалились с неба. Когда такое еще будет, а?

Муж устало потер лицо.

— Люда четыре года за ней ходила.

— Я знаю.

— Ты не представляешь, через что она прошла.

— Представляю.

— Нет, не представляешь.

После этих слов стало особенно обидно. Антонина сочувствовала Люде. Считала, что квартира заслуженно достается ей. Но пяти миллионов было жалко...

А вы бы как поступили в такой ситуации?

Люда четыре года меняла матери памперсы, не спала ночами и фактически поставила свою жизнь на паузу. Но ведь деньги нашел именно брат, а о существовании этих миллионов никто больше не знает. Так кому они на самом деле принадлежат — тому, кто ухаживал, или тому, кому судьба позволила их найти?

Что скажете?

[Босячка]

Вот тут я понимаю чувство Антонины, Людмиле уже досталась квартира матери, справедливее было бы деньги поделить поровну.

[Мелиф]

Вот тут кажется адекватным пополам деньги поделить. Людмиле досталась квартира, как раз наследство, на которое она рассчитывала. А на деньги никто не рассчитывал, Людмила б и не узнала, если б не случайность. Она даже не поехала посмотреть, что там с той квартирой. На месте Людмилы я б и сама предложила клад поделить пополам

[Рыжая ведьма]

А я на стороне Максима.
Хотя и денежек хочется, но они договаривались на то что все наследство - сестре.
Это тоже наследство и тоже по справедливости сестре.

На месте сестры я бы может и предложила деньги поделить, а на месте брата все же отдала бы сестре.

[Neika]

Что в первой, что во второй истории, я считаю деньги спокойно может оставить себе тот, кто их нашел.